Последний поход «Щуки-216»

В настоящее время наше Черное море еще остается уникальным археологическим заповедником. Но его мрачные глубины хранят не только остовы древнегреческих и римских боевых и торговых судов, средневековых галер и фрегатов, но и грозные обломки корпусов боевых кораблей и подводных лодок, погибших в период Первой и Второй мировых войн.

Кажется парадоксальным, но человеческим умом гибель подводной лодки воспринимается более тяжело, чем гибель боевого корабля. Воображение сразу же рисует жуткие картины полузатопленного отсека подводной лодки, где доживают свои последние часы немногие уцелевшие члены экипажа. Все уже погибли, а они еще держаться на последних глотках живительного кислорода при постепенно угасающем свете аварийных фонарей…

Несмотря на огромное развитие поисковых средств и знание приблизительных координат погибших подводных лодок советского Черноморского флота в Великой Отечественной войне, чуть более половины из них до сих пор не найдены.

Видимо, поэтому каждая новая находка погибшей лодки вызывает небывалый ажиотаж в СМИ и приводит к немедленному появлению различных версий, догадок, предположений, а в основном просто домыслов и фантазий.

К глубокому сожалению, не избежала этой участи и подводная лодка «Щ-216», якобы случайно найденная 4 июля 2013 года в 12 милях северо-западнее мыса Тарханкут на глубине 52 метра сотрудниками Черноморского центра подводных исследований Украины.
Какими только эпитетами не награждали ее в прессе и по телевидению! И «уникальная», и «единственная в мире», и великолепно сохранившаяся… Список при желании можно продолжить.

Не будем пока останавливаться на всех перипетиях этого ажиотажа, об этом скоро будет подробная публикация в прессе с использованием архивных документов, в том числе схемы маневрирования немецких охотников при потоплении лодки и полные их отчеты.
Рассмотрим пока некоторые обстоятельства последнего боевого похода советской подлодки.

1944 год… Война продолжается. Но уже витает в воздухе и в сердцах всех советских людей ощущение приближающейся победы. Гигантскими шагами реально приближается освобождение одного из прекраснейших уголков необъятной советской земли – Крыма, а с ним и героического Севастополя, главной базы Черноморского флота. С огромной ненавистью к врагу выходят в море командиры и краснофлотцы. Победа и только победа, как хлеб и воздух, нужна каждому экипажу. Победа любой ценой.

Для уточнения общей картины боевых действий на Черном море в этот период, предоставим слово бывшим секретным первоисточникам:
«Вплоть до завершения операции по освобождению Крыма основные линии морских сообщений противника оставались такими же, как и в 1943 г. В январе-марте 1944 г. между Севастополем и западными портами Черного моря всеми видами разведки было зафиксировано 211 обнаружений конвоев и одиночных кораблей противника. При этом наибольшее число обнаружений было у лодок, находившихся в районе 30-мильной зоны от Тарханкута.

В результате систематических наблюдений было установлено, что район мыса Тарханкут продолжал оставаться главным узлом морских сообщений противника. Район открытого моря все конвои проходили преимущественно в темное время суток, прибывая к подходному району у мыса Тарханкут на рассвете. При следовании же из Севастополя район мыса Тарханкут конвои проходили в период вечерних сумерек и далее – в темное время суток».

«В соответствии с этими и другими данными разведки с 1 февраля 1944 г. была введена в действие несколько измененная схема позиций подводных лодок. В основном ее отличие от прежней схемы заключалось в общем перемещении района боевой деятельности лодок к весту, так что к западному побережью Крыма примыкала у Тарханкута лишь одна позиция, №101.
Одновременно с введением в действие этой схемы позиций были установлены новые правила связи, благодаря которым должно было сократиться число радиотелеграмм, передававшихся с подводных лодок.

Командирам лодок было приказано с 1 февраля 1944 г. доносить по радио только о происшедших боевых соприкосновениях и о движении неатакованных конвоев противника, так как считалось, что на морских позициях не должны были встречаться минные заграждения противника, а также не должно было происходить особых изменений в общей обстановке.

Донесений о занятии и оставлении позиции больше не требовалось; надо было доносить лишь о существенных изменениях в обстановке, если таковые произошли. Обилие передававшихся радиотелеграмм всегда служило причиной демаскировки места нахождения наших лодок, следовательно, введенные с 1 февраля ограничения должны были способствовать лучшему соблюдению скрытности.
Также 1 февраля в связи с появлением у противника судов-ловушек, которые действовали к востоку от меридиана маяк Тарханкутский и к северу от параллели мыс Сарыч, командующий флотом приказал командующему военно-воздушными силами организовать поиск и уничтожение этих судов.

«Несмотря на плохую маскировку судов-ловушек, они могли все же оказаться опасными для наших лодок в ночное время, когда лодку, маневрировавшую в надводном положении, легко можно было обнаружить имевшимися у врага приборами типа «Моb. S. Gerat», действовавшими по принципу приборов типа «Асдик». Обнаруженная в этом случае лодка могла не погрузиться своевременно и, даже погрузившись, подверглась бы настойчивому преследованию противником.

Первой лодкой, которая должна была обслуживать позицию №101 до вечера 4 марта и 7 марта возвратиться в Батуми, и была «Щ-216».
Боевой поход начался в 19 часов 45 минут 6 февраля 1944 года, когда подлодка вышла из Батуми в район северо-западнее мыса Тарханкут.
Имеется возможность впервые проследить последние атаки «Щ-216» и последние минуты ее боевой жизни по данным бывшего секретного немецкого архивного документа. Из него следует, что 16 февраля подводная лодка «Щ-216» провела свою последнюю торпедную атаку – выпустив две торпеды по стоявшему на якоре немецкому охотнику за подводными лодками UJ.106. Торпеды в цель не попали, но и лодка не была обнаружена, продлив жизнь своему экипажу еще на сутки.

Последний день в биографии «Щ-216» наступил 17 февраля 1944 г.

Капитан 3 ранга Карбовский не ушел из опасного района, а вновь вышел в торпедную атаку по охотнику. Все окончилось трагедией в 15 часов 05 минут по берлинскому времени.

Так погиб экипаж и на долгие годы замер на грунте в черном безмолвии изуродованный взрывами корпус подводной лодки «Щ-216».
Координаты памяти экипажа: 44.36,5 северной широты 32.04,4 восточной долготы.

Снимок из архива Таврического центра военной истории

Феодосийский горисполком
Если вы заметили ошибку, выделите необходимый текст и нажмите Ctrl+Enter, чтобы сообщить об этом редакции
Я рекомендую
Пока никто не рекомендует

Комментарии

Комментарии предназначены для общения, обсуждения и выяснения интересующих вопросов

Ничего не найдено.